О чем говорит карапузина?
![](/up/text94065-96768-1.jpg)
Классифицируя живые существа, человек поставил себя на верхнюю ступень благодаря нескольким умениям: абстрактно мыслить, общаться, составлять классификацию живых существ. Многие маленькие хомо сапиенс успешно совмещают два первых умения, ставя в тупик родителей. Повзрослев, лишь некоторые из них продолжают радовать окружающих и озадачивать редакторов и автоматическую проверку орфографии.
С детьми понятно, их разум не окружен забором шаблонов и правил, им нравится из кирпичиков-слов складывать что-то новое. Вот если бы Корней Чуковский писал книгу «От шестнадцати до восьмидесяти», он наверняка бы испытывал трудности с рабочим материалом.
У взрослых редко проскакивают жемчужины, зато их можно попробовать классифицировать. Во-первых, оговорки вообще и перекрестные «словоскрещивания» в частности («пых и пуль», «мечка с грясом», «ансамбль пески и плясни»). Во-вторых, «старо-» и «недо-логизмы» («каблотки», «суп с ракандольками», «завести блох в свитере», «масандра» вместо «мансарды» и прочая). В-третьих, редко употребляемые и узкоспециализированные слова и новообразования («запакетировать», «нерукопожатный», «засейфировать», «скоммуницироваться»).
Вернемся к карапузине.
По мере взросления она расширяет акустический диапазон и активный словарь. К «гуканью», плачу, реву, похныкиванию и т. п. постепенно добавляются полноценные семантические единицы. Это потом уже понимают некоторые родители, что процессом пополнения неплохо было бы управлять. Хотя меня посещали некоторые сомнения в реальности быстрого освоения слов типа «вестибюль» или «симулякр».
В нашем случае, который зовут Александра, как водится, первые прозвучавшие слова относятся к прямым родственникам. Третьим и четвертым в копилке оказались «кака» и «кыка», потому что: а) ребенка нужно знакомить с несовершенством мира, и б) жена занимается разведением кошек. В то время, когда словарь был богат только этими четырьмя словами, я отговаривал окружающих вступать в полемику с карапузиной, когда она назвала тебя «кыкой», а ты не являешься ее родителем. И кстати, это опять классификация живых существ.
Дальше хронология уже сбивается, но в топ-20 в компанию попали «каака» и «ка-ка» (кашка и «кач-кач»). Само собой, наиболее плодотворно познание мира проходит через рот, благодаря чему в лексикон попали «я-а-ка» и «я-а-ка». Ни в коем случае не перепутайте, это «ягодка» и «яблоко», соответственно.
Еще одна парочка, сложная для восприятия неподготовленному человеку — бабочка и бабушка. В самом деле, если «бабушку» освоили без проблем, то чего простаивать хорошему слову, когда можно его применять и в других случаях. В полной мере этот момент раскрывает следующее понятие из арсенала карапузины.
«Ав-ав» — это слишком просто. «Пизекали». Машина? Глагол? Честно говоря, до сих пор не уверен, что это слово не охватывает весь спектр понятий движения и транспортных средств. «Капать» — нет, это не махинации с совочком, а гигиеническо-развлекательные процедуры, сопровождаемые звуковыми эффектами.
Вот еще замечательное словечко — «дать-нать». Как правило, что-то подобное всегда появляется при освоении голосового управления родителями. Слово сложное, так как нелогичные взрослые, которых просят «дать», в ответ предлагают «на». Становится понятно, почему потом доча просилась на руки так: «Ко мне Сясю».
А завершают подборку загадочные экземпляры «аугль» и «габль-габль». Есть версия, что первый — это предшественник «алё», охватывающий телефоны, звонки, уведомления на экране компьютера, а также связь в целом. А «габль-габль», хм. Не верю, что это простое красивое звукосочетание. Не может быть, чтобы при таком ограниченном словаре и одновременно таких обширных классификациях.
Года через полтора я вспомнил про эту парочку и даже на время снова ввел в оборот. Получилась пара «пароль-отзыв»: «Аугль?» — спрашивал я. «Габль-габль!» — бодро докладывала карапузина. Пусть и у вас всегда получается найти общий язык с детьми!